Краевед рассказала о судьбе пленных японцев
Как относились жители Приморья к японским военнопленным после окончания Второй мировой войны. Как складывались взаимоотношения между двумя некогда враждующими странами – Японией и СССР. Где именно в Ханкайском районе находились японские захоронения. Об этом и многом другом ханкайцам рассказала член Приморского отделения Русского географического общества – Общества изучения Амурского края, руководитель владивостокского клуба «Родовед» Елена Соболивская.
В ходе краеведческой лекции, которая проходила в Камень-Рыболовской библиотеке, Елена Васильевна представила свой исследовательский проект, посвящённый процессу выявления на территории Приморья захоронений бывших военнопленных 1945–1949 годов и возврата их останков в Японию.
– Я заинтересовалась этой темой в 1999 году. Гуляя по своему родному посёлку Реттиховка в Черниговском районе, заметила за школой какие-то кучки буровато-серого цвета. Издали показалось, что это негашёная известь. Между рядами этих кучек ходили люди, сверяясь с какими-
то списками, – вспоминает Елена Васильевна. – Задала им вопрос – а что это такое? Оказалось, что это захоронения японских военнопленных. Я удивилась, так как там выросла, а об этом факте ничего не знала.
Елена Соболивская подробно рассказала ханкайцам историю взаимоотношений между СССР и Японией в послевоенные годы, назвав основные этапы налаживания дипломатических связей. Основное внимание лектор уделила переговорам между двумя странами по поддержанию порядка на японских захоронениях на территории Приморья и последующей эксгумации останков.
– Надо отметить, что к военнопленным, которые после капитуляции Японии в 1945 году прибыли в Приморье на трудовые работы из Маньчжурии и других территорий, местные жители относились мягко. Худые, оборванные, они вызывали лишь жалость и сочувствие. Это легко объясняется. Военные действия велись не на нашей территории, поэтому люди не видели тех зверств, что учиняли «самураи» над своими врагами. Другое дело – отношение жителей западной части страны к немцам. Там пленных фашистов приходилось охранять с автоматами наизготовку, чтобы люди их не растерзали, – отметила Елена Васильевна.
После стабилизации советско-японских отношений почти всех военнопленных отправили на родину. Но соотечественники встретили их настороженно – а вдруг они успели впитать коммунистические принципы? С ними работали, пытаясь это выяснить. В том числе заставляли по памяти чертить схемы местонахождения лагерей. А так как японцы плохо были знакомы с местностью, то рисовали приблизительные схемы относительно железнодорожных станций. Отмечали и те точки, где хоронили своих.
Японская сторона обратилась к правительству Советского Союза с просьбой о содействии в розыске могил японских солдат, возвращении их останков на родину. А так как все захоронения в большинстве случаев были заброшены, пришлось поднимать архивные документы, проводить опросы свидетелей и местных жителей.
В конце 80-х годов первые японские делегации посетили несколько захоронений своих соотечественников. С годами таких делегаций становилось всё больше, особенно после того, как распался Советский Союз. В 1992 году был начат активный процесс выявления захоронений путём запросов и последующий вывоз останков в Японию.
Елена Васильевна продемонстрировала ханкайцам схему расположения японского захоронения на 200 могил в селе Астраханка, датируемую 1991 годом. В приписке к схеме было указано, что «в настоящее время через место захоронения проходит водоканал (северо-западная сторона захоронения) и находятся свинарники совхоза «Астраханский» (юго-восточная сторона)». Из этого следует, что захоронение утрачено, и вывозить японцам было нечего.
– В Хорольском районе больших захоронений не было, так как там не располагались лагеря. Японцы проживали на территории Ханкайского района, а туда только ездили на строительные и сельскохозяйственные работы, – рассказала Елена Соболивская. – Поэтому единичные захоронения находились в Лукашевке, Новодевице, станции Хорольск.
Затем слово взяла методист районного музея истории и природы Любовь Грибова. Она поделилась своими воспоминаниями о том, как в качестве представителя Российского фонда мира по Ханкайскому району с 2000 года сопровождала японские делегации, приезжающие сюда в поисках захоронений. Гости из Страны восходящего солнца привозили с собой предварительные схемы и проверяли эти данные – расспрашивали местных жителей и отмечали координаты расположения могил.
– Согласно привезённой японцами схеме одно из захоронений находилось в четырёх километрах от станции Ильинка. Речь идёт о селе Майское, – вспоминает Любовь Николаевна. – В этом захоронении, по данным японской стороны, было двадцать военнопленных. Многие жители Майского знали о его существовании. На месте японского кладбища затем появилась контора Майского отделения совхоза «Авангард», и при её строительстве было обнаружено много костей и черепов. И вот спустя годы члены японской делегации приехали в Майское, произвели раскопки и за полчаса нашли три могилы. Было подтверждено, что это останки военнопленных. Японцы исследовали кости (всё оборудование они привезли с собой), сожгли останки, а пепел поместили в белоснежную ткань и увезли с собой. Так они вернули на родину своих сограждан.
